Гидравлические тележки рохля купить.
Бывает ли цветное ювелирное золото?

Бывает ли цветное ювелирное золото?

На вопрос, какого цвета бывает ювелирное золото, большинство из нас ответит: белого или желтого...

Великое жертвоприношение инков: как это было?

Великое жертвоприношение инков: как это было?

Помимо человеческих жертвоприношений чибча-муисков, такими актами славились инки. Нет, были,...

Как Канада получила свое имя?

Как Канада получила свое имя?

Узнать, откуда произошли названия тех или иных стран, городов и прочих населенных пунктов,...

Быстрорастворимый монумент

С 14 июня по 11 августа 2013 в Фонде культуры «ЕКАТЕРИНА» проходит персональная выставка СЕРГЕЯ ШЕХОВЦОВА «Короткий монтаж» (выставка подготовлена Фондом культуры «ЕКАТЕРИНА» и XL Projects) — скульптора, выходца из советской монументальной традиции, который, тем не менее, предпочитает работать с поролоном, пенопластом, строительной пеной и другими подчеркнуто немузейными материалами. С любезного согласия куратора выставки ЕЛЕНЫ СЕЛИНОЙ мы печатаем статью ВАЛЕНТИНА ДЬЯКОНОВА «Быстрорастворимый монумент» из каталога выставки.
Быстрорастворимый монумент
Сергей Шеховцов во время работы над инсталляцией «Дуэль». 2011. Фото: Johanna Wagner Courtesy XL Галерея

В стране, где еще четверть века назад самым солидным заработком для скульптора было изготовление аватаров изначального лидера, инерция школы и традиционные представления о роли ваяния демонстрируют предсказуемую живучесть. Так, за исключением частных инициатив и политически продвинутых зон, скульптура в общественном пространстве остается фигуративной и мемориальной.
Быстрорастворимый монумент
Сергей Шеховцов. Футбол. 2009. Поролон, акрил. Courtesy XL Галерея

Контролирующие органы интересуются лишь историческими личностями или архетипами, в то время как скульптура «ни о чем», «для красоты», без символистской подоплеки, скульптура, вписанная в ткань города, а не являющаяся иллюстрацией учебника, не вписывается в новые планы монументальной пропаганды. В музейной и галерейной сфере мастера трехмерного искусства стремятся, скорее, делать объекты и инсталляции. Две сферы разведены настолько, насколько это возможно.
Быстрорастворимый монумент

Скульптуры Сергея Шеховцова представляют собой пограничное явление. Он в тесных отношениях с мейнстримом советского ваяния, но заставляет позднесоветский стиль служить новым целям. В этом он близок популярному дуэту Дубосарский/Виноградов во времена их наивысшего расцвета. Как и эти живописцы, Шеховцов использует безликий, средний стиль официоза в эпоху без героев и подходящих идеологически заказчиков. Его скульптура наследует соц-арту, только существует она в контексте не социалистического реализма, а бюрократии, выросшей на традиционных эстетических ценностях и связанных с ними ритуалах и сделавшей эти ценности фундаментальными. Шеховцов, наоборот, говорит о сиюминутном в масштабе привычного российскому глазу памятника и работает в замкнутом пространстве галереи, наиболее подходящем для экспонирования работ из его излюбленного материала — поролона. 
Быстрорастворимый монумент
Клас Ольденбург рядом со своей работой «Тюбик зубной пасты». 1970-е. Courtesy Hulton Archive. Фото: Getty Images

Художник и поролон находятся в ситуации взаимообогащающего симбиоза. Пусть Шеховцов и заявляет в интервью для каталога выставки «Русское бедное»: «Поролон, не поролон, гипс, не гипс — меня не волнует, это не интересно», — выбранный им материал часто играет не вспомогательную, а смысловую роль, становясь важным аспектом интерпретации произведения. Поролон — материал низовой, промышленный, подчеркнуто не музейный. В его использовании Шеховцов следует за американским поп-артом и конкретнее — за Джорджем Сигалом и Класом Ольденбургом. Для них гипс, мешковина и другие дешевые средства были способом отойти от модернистского стремления к созданию уникальных и неповторимых версий пространства и окунуться в процесс повседневности, основанный на постоянном производстве все нового и нового мусора. Массовая культура терпит новизну только временно, индустриальные мощности не должны простаивать, поэтому любая вещь имеет ограниченный срок годности, и искусство, согласно раннему поп-арту, мимикрирует под другие блага цивилизации. Правда, и Сигал, и Ольденбург со временем — под влиянием крупных заказов и необходимости обеспечить музейную сохранность своих вещей — перешли на более стойкие материалы. Поздние работы Сигала, к примеру, сделаны из бронзы и в некоторых случаях покрашены белым — дорогой материал стилизован под дешевый. Возможно, и Шеховцов, с увеличением интереса к его работам, обратится к граниту и мрамору; но не приходится сомневаться в том, что основные пластические решения его работы унаследуют от поролона. 
Быстрорастворимый монумент
Сергей Шеховцов. Гонщик. 2008. Поролон, акрил. Courtesy XL Галерея

В отличие от традиционных средств из арсенала скульптора, поролон на 90% состоит из воздуха. Это материал, рассчитанный на быстрое использование. Из него делаются губки для мытья посуды. Он эфемерен: каждую скульптуру Шеховцова нужно регулярно поддерживать в выставочном состоянии. Здесь ассоциации с поп-артом тоже уместны. Искусство Ольденбурга и Сигала в большой степени вдохновлялось перформансом. На ферме у Сигала устраивал хеппенинги Аллан Капроу. Ольденбург сам занимался эфемерным искусством в рамках проектов «Улица» и «Магазин». Но пути американцев и Шеховцова различны. Траектория развития Сигала и Ольденбурга шла от спонтанного, живого действия к остановке мгновения, новому открытию живого тела и реального предмета (а не символической проекции) эпохи потребления. Шеховцов — выходец из советской монументальной традиции, ученик классика «сурового стиля» Николая Андронова. Отмена бронзы, гранита и мрамора в таком контексте — не шаг в сторону комментирования художником процессов и логики потребления товаров и образов, но создание независимого от советской школы языка. Его скульптуры — не застывшие мгновения, но памятники, лишенные пьедесталов, на полпути к развоплощению. В работах Шеховцова узнаются ключевые приемы, которые были в ходу еще с 1970-х годов: обобщенная трактовка тела, ориентация на приемы футуризма и кубизма, но с сохранением базовых антропологических параметров. Скульптор этого и не скрывает и открыто говорит о мощном впечатлении, полученном от созерцания работ лауреата нескольких Сталинских премий Евгения Вучетича.
Быстрорастворимый монумент
Сергей Шеховцов. Колонна. 2007. Поролон, зеркало. Courtesy XL Галерея Сергей Шеховцов. Банка. 2009. Поролон, акрил. Courtesy XL Галерея

Такая генетика имеет в искусстве Шеховцова два важных следствия. Во-первых, он, как и его ближайший соратник Валерий Кошляков, не упускает случая прокомментировать старение и умирание большого стиля. В начале пути Кошляков писал сталинские высотки и дома на упаковочном картоне в подчеркнуто анархическом духе, смягчая строгость ордерной архитектуры живописью жеста в духе американских абстрактных экспрессионистов. «Колонны» Шеховцова суть вещи более иронические, хотя и в них взгляд на дешевую лепнину сталинского парка и дома отдыха — дань романтическому созерцанию. Погружаясь в руину, Шеховцов тем не менее всегда подчеркивает проницаемость этого пространства размышлений: пока зритель подглядывает за колонной, колонна, с помощью камер слежения, подглядывает за ним. Подчеркнутая легкость поролона пародирует некачественную лепку подобного рода архитектурных элементов. Будь они из гипса, получилась бы тавтология. 
Быстрорастворимый монумент
Сергей Шеховцов. Фрагменты инсталляции «Трон». 2011. Из коллекции Фонда культуры «ЕКАТЕРИНА». Courtesy XL Галерея

Во-вторых, сюжеты Шеховцова часто оказываются негативом официальной иконографии советской эпохи. На смену идеализации труда и исторического подвига во славу страны приходит скульптура, посвященная заботе человека о себе. Банкоматы, кофемашины (здесь следует вспомнить, что одна из первых работ Марселя Дюшана была живописным изображением кофемолки), ритуалы использования дезодорантов и фена, «Кинотеатр», где люди подчеркнуто обособлены и заняты каждый своим делом. Шеховцов здесь вдохновляется рекламными образами, но не следует забывать, что реклама, как и любое убедительное дидактическое высказывание, влияет на поведение и пластику потребителя, так что работы Шеховцова не столько о маркетинге, сколько о жизни, им косвенно сформированной; в связи с этим можно вспомнить рассуждения антрополога Марселя Мосса о влиянии голливудских фильмов на осанку и походку послевоенных парижанок. Многофигурная скульптура у Шеховцова часто основана на виртуальных повествованиях, единственной форме современного героизма, к которой еще применим незамутненный политическими соображениями энтузиазм. Его композиции, безусловно, вышли из фризов, рельефов и памятников историческим событиям советской эпохи. Но Шеховцов, современник Квентина Тарантино, в полной мере разделяет преданность своего поколения индивидуализму и любовь к черному юмору. В его работах угадывается сюжетика фильмов категории «Б» и культовой классики фантастического кинематографа. Таков «Трон», в котором псевдоклассическая линия сливается с технологически изощренной антиутопией одноименного фильма. Такова и Big Battle, сцена из компьютерной игры. В этих работах бросовая фактура оборачивается новой стороной, ранее от нас скрытой. Обработка поролона и пенопласта не может быть плавной. Резкие грани напоминают о техниках базового 3D моделирования. Бросовый материал превращается в футуристический. 
Быстрорастворимый монумент
Сергей Шеховцов. Вид инсталляции «Трон». 2011. Поролон, акрил. Из коллекции Фонда культуры «ЕКАТЕРИНА». Courtesy XL Галерея

В новой скульптуре, премьера которой состоялась на выставке в Перми, две линии творчества Шеховцова — виртуальный героизм и простота повседневности — сливаются в единой спирали. Длинный диван, столик с ноутбуком и чашкой постепенно поднимаются в воздух и превращаются в устремленную ввысь машину гонок «Формула 1». В ней можно найти отсылки к живописи и скульптуре футуризма, рассматривавшим реальный мир как ряд динамических течений, формирующих зрительное впечатление лишь на несколько секунд. Но с точки зрения сюжета эта скульптура далека от формотворческих задач модернизма. Связь скульптуры, самой крупной из сделанных Шеховцовым, с памятниками советской эпохи — танками, самолетами, зенитками на скошенных постаментах — несомненна. Только в этом случае перед нами — монумент фрустрации современного представителя среднего класса. По аналогии с «Будущими летчиками» Александра Дейнеки работу Шеховцова можно было бы назвать «Невозможные гонщики»: она посвящена людям, которые так и не стали пилотами сверхскоростных болидов. Здесь в полной мере проявляется очень важное, но наиболее трудное для описания качество художника Шеховцова — мальчишество в хорошем смысле, искреннее стремление развлечь зрителя и развлечься самому. К нему не прилипают серьезные, политические темы. В этом смысле поролон — не только материал, обладающий описанными нами качествами, но и малая повествовательная форма — по аналогии с литературой — анекдот или фельетон. Краткость анекдота и недолговечность поролона похожи. Это не значит, что искусство Шеховцова рассчитано на быстрое забвение. Бывают времена, про которые лучше слушать байки, чем читать романы. Похоже, Шеховцов (и мы) живет в одну из таких эпох.

Валентин Дьяконов. Быстрорастворимый монумент//Каталог персональной выставки Сергея Шеховцова «Пена». Музей современного искусства PERMM, 26 июля — 30 сентября 2011 года

В оформлении материала использована работа Сергея Шеховцова «Карла» (2012. Поролон, акрил. Courtesy XL Галерея).
По материалам: www.artguide.ru

⇐ Статьи

Картины

kover-samolet-kartina-vasnetsova«Ковер-самолет» картина Васнецова « Ковер-самолет » — знаменитая картина Виктора Михайловича Васнецова (1848-1926), написанная в...
lunnaya-noch-na-dnepre-kartina-kuindzhi«Лунная ночь на Днепре» картина Куинджи Архип Иванович Куинджи (1841-1910) — великий российский художник греческого...
svatovstvo-majora-kartina-pavla-fedotova«Сватовство майора» картина Павла Федотова Федотов Павел Андреевич (1815-1852) — великий русский художник, живописец, график....